Сразу писать об этом не хотелось. Ждали хоть каких-то результатов, пусть и неокончательных. А речь всего-навсего о бездомном хромом Славе (Козлюченко Станиславе Анатольевиче 1963 года рождения – гражданине без паспорта, но с «горячим стажем» для пенсии). О нем и в газете «Православие Луганщины» упоминалось как-то, как о неисправимом пьянице, все меньше напоминающем здравомыслящего человека. И жалко его было, но кроме кормления горячими обедами, одеждой, помочь такому ничем не могли. Кормить кормили, как и других нуждающихся, но все больше брезгливо отворачивались, потому как стоять рядом с ним из-за вони было невозможно.

Являясь волонтером благотворительного фонда им. Святой Ксении Петербуржской от Свято-Вознесенского храма г. Александровска, мне особенно было стыдно не справиться с ситуацией. Куда нужно поехать, чтобы взяли на учет и оказали помощь в восстановлении паспорта, ему неоднократно было сказано. Деньги на проезд давались чуть ли не ежедневно, да тратил он их не на то. Похоже, что и чистую одежду, которую ему не раз давали, он тоже пропивал.

Оказание помощи бездомным в Свято-Вознесенском храме, г.Александровск, Луганская епархия
Оказание помощи бездомным в Свято-Вознесенском храме, г.Александровск, Луганская епархия

Наступила зима… Пока без морозов, но хромому Славе все равно стало невмоготу. Даже на обеды в храм стал приходить нерегулярно. С директором фонда Ириной Готман решили попробовать положить его в больницу, вызвав скорую помощь. Но не получилось. Скорая приехала (ох и ругалась врач на нас!), но, все же, погрузила на борт смердящий груз (салон мы застелили новехонькой клеенкой), и повезла его в третью горбольницу. Но пока волонтер из фонда ехала в приемный покой с бумагами, чтобы положили его по социальной группе, врачи его быстро осмотрели и вышвырнули вон из стерильной обстановки больницы. Операция «Ы» сорвалась…

Через пару дней Ирина Готман вызвала ему социальное такси из социальной же 6-й больницы, где располагается ночлежка для бездомных. Для гарантии за ним приехал муж Ирины Александровны. Я побежала искать хромого бездомного по развалинам панской усадьбы. Кричала, звала, но увы… И на рынке, и в магазине мне все говорили, что недавно его видели, но я его так и не нашла. Пришлось социальному такси уехать ни с чем. Вторая попытка также результатов не принесла.

Той ночью ожидались первые морозы, причем сразу до минус 20 градусов. Ирина, понимая, что человек просто может замерзнуть этой ночью, послала за ним волонтера фонда Галину Николаевну, дав ей пакет с кое-какой одеждой, чтобы переодеть бомжа в чистое. Иначе в маршрутку не пустят. Я также ехала в храм, но еще была на полпути к нему, когда искать горемычного пьяницу отправился Геннадий Гвоздев. Он также, как и я искал его долго в заброшенной панской усадьбе. Потом ему сказали, что он последнее время ходит в старую недействующую школу. Геннадий прошел по всем ее заиндевелым кабинетам и классным комнатам.

Но Славы нигде не было. И тут он увидел закрытую дверь. Она была сверху заперта, а снизу – сломана. Геннадий заглянул в темнеющий проем и среди кучи тряпья разглядел спящего бомжа. Разбудить его оказалось делом непростым. Геннадий ногой выбил еще одну доску двери и силой заставил Славу выползти из укрытия. При этом из-за пазухи его дубленки высунулось горлышко поллитровки и ее содержимое стало разливаться на пол. Бутылку Геннадий разбил об стену, а ничего не соображающего Славу повел в храм, где его ждала Галина Николаевна из фонда.

К этому времени приехала и я на дежурство. Зайдя в трапезную, увидела картину: Слава пытался есть горячий борщ, но донести ложку до рта требовало от него больших усилий. В конце трапезы он все-таки перевернул тарелку с остатками борща на пол вместе с дольками соленых огурцов и хлебом. В храме решили отправить волонтера с пьяным Славой на такси. Пока ждали машину, стали переодевать бездомного. С него никак не могли снять брюки. Они оказались примотанными сразу несколькими тонкими поясками, которые пришлось перерезать ножом.

Также пришлось долго распутывать, а затем привязывать тряпочные обмотки, держащие рваные туфли на ногах (сапоги в свое время ему не смогли подобрать из-за его сорок пятого размера обуви). Мы чуть не задохнулись от вони, идущей от его ног. Пришлось открывать настежь окна. Все привезенные вещи оказались ему малы, но на это уже никто не обращал внимание. Брюки можно было и не застегивать, не спадут.

Приехала красавица белоснежная иномарка. Водителя было жалко, он не догадывался, какого пассажира ему предстоит везти в 6-ю больницу. Прежде чем посадить его, на заднее сидение матушка Минадора бросила старый цветастый женский халат. У водителя хватило выдержки не возмутиться при виде пассажира. Галина Николаевна села на переднее сидение и иномарка плавно выехала из ворот Свято-Вознесенского храма.

Вечером все, принимавшие участие в операции «Ы-3» знали, что в шестой больнице Славу помыли, переодели в нормальную одежду, теперь по размеру, и тулуп даже нашелся, его осмотрел врач и Слава уснул в тепле на нормальной кровати. Оказывается, из-за пьянства у него были сильные нагноения на руках и ногах. Они и давали этот ужасный запах. Раны ему обработали. Нас заверили, что его не выкинут в мороз из больницы, хотя пьяниц там не принимали. Мы все вздохнули с облегчением.

Но радоваться о том, что спасли человека еще было рано. Утром Ирина Готман нам сообщила, что наш Слава, когда проспался, среди ночи стал будить всех подряд с требованием срочно дать ему водки и! димедрола. Оп-па… Приехали. Он оказался еще и наркоманом. Химию он добавлял в водку или самогон для большего кайфа, как нам объяснили.

Вот почему так быстро, всего за год, из более-менее разумного мужика превратился слабоумную детину. Но это еще не все. Другие бездомные, взбешенные, что их будят ночью, выкинули Славу в коридорчик и закрыли дверь, чтобы он больше не вошел. После этого у Славы начался приступ алкогольной эпилепсии, пошла пена изо рта, он сходил под себя. Тогда медсестра вызвала скорую помощь и наш бездомный загремел наркодиспансер закрытого типа и строгого режима.

Согласитесь, для него это было единственным спасением в январские морозные дни. Знаем, что ему ставились какие-то капельницы, проводилось принудительное лечение. На сегодняшний день он еще там, начата процедура восстановления паспорта гражданина Украины. Что будет со Славой дальше – одному Богу известно. Теперь в большей степени это зависит от его желания стать нормальным человеком, от его силы воли.

В одном мы уверены: Ирина Готман вовремя прислала волонтера, а Геннадий Гвоздев чудом его нашел, а иначе бы он замерз с бутылкой в обнимку той самой ночью в неотапливаемой школе. Минус девятнадцать показывал градусник утром на стене храмовой трапезной…

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here